altАнастасия Ксенофонтова в этом году стала студенткой одного из самых престижных музыкальных вузов страны – петербургской Консерватории. У нее есть особый дар – она не просто понимает музыку, но и умеет ее чувствовать. Для нее это особый язык, с помощью которого она может, а главное – хочет, говорить с людьми на вечную тему красоты.

 
- Анастасия, почему Вы решили продолжить свое среднее образование в экстернате?
- Я пришла в «Экспресс» в 2008 году, когда училась на первом курсе музыкального училища. Мне это было нужно для того, чтобы получить аттестат о полном среднем образовании. Музыкальное училище не дает возможности поступать в ряд гуманитарных вузов, и требуется в основном для Консерватории. Я занимаюсь академическим вокалом и играю на рояле, стараюсь делать карьеру. Регулярно участвую в конкурсах. Недавно, например, выступала на конкурсе оперных певцов Елены Образцовой. Прошлым летом в Италии на международном конкурсе пианистов заняла третье место. В этом году, в августе, получила вторую премию на международном конкурсе в России. Осенью выступала в Словении. 
 
- Там сложный уровень, профессиональный? 
- Там разные возрастные категории, я попадала в 19 лет, теперь мне 20, т.е. уже все серьезнее. 
 
- Это стрессовые поездки? 
- Нет, не могу так сказать. С одной стороны очень интересно, новые места, достопримечательности, с другой стороны, конечно волнительно, атмосфера конкурсная. 
 
- Из-за чего больше всего переживали? 
- Скорее, из-за поступления в Консерваторию в этом году. На вступительных экзаменах была полифония Баха, соната Моцарта, два этюда и пьеса.
 
- Там обязательная программа? 
- Нет, не совсем. Это каркас, внутри которого ты можешь выбрать, что хочешь. 
 
- А какой конкурс был? 
- Четыре человека на место. Экзамены длились три дня. По дню – гармония, сольфеджио, собеседование. 
 
- Вам нравится учиться в Консерватории? alt
- Да, интересно, у нас хорошие педагоги. Лекций не так много, и они узконаправленные, но очень интересные. Но в такой профессии все зависит от тебя. Если ты занимаешься, то что-то получится. Если ничего не делаешь, будешь просто учиться – ну, получишь корочку. Дальше-то что?
 
- Как Вы планируете строить карьеру? 
- Пока участвую во всевозможных конкурсах и дальше развиваюсь в вокале. Для инструменталиста сроки поджимают, нужно успеть буквально за несколько лет, а вокалист может развиваться до 30 лет спокойно. Я хочу состояться как сольный исполнитель.
 
- Вы что-то пишете? 
- Помимо всего прочего, пишу стихи, но выкладываю их только в заметки «ВКонтакте».
 
- Не боитесь? 
- Не все выкладываю, друзья просят что-то почитать, для них. Вообще, круг общения у меня сложился из тех людей, с кем я училась. Не все пошли в Консерваторию – кто-то на исторический факультет или факультет искусств. 
 
- Люди, которые занимаются музыкой, отличаются от других? 
- Все зависит от того, каким себя делает человек. Чем он талантливее, чем больше достиг, тем проще он в обыденной жизни, и от обычных людей ничем не отличается. Просто делает свое дело хорошо, пытается сказать что-то через искусство. 
 
- А вам есть, что сказать? 
- Да, если бы не было, я бы не пошла туда учиться. 
 
- Что вы хотите донести до людей своим творчеством? 
- Трудно выразить словами музыку... Я хочу говорить о том, что волнует каждого, какие-то интимные чувства, радость, печаль... Все это слишком банально звучит в словах. Эмоции, мысли... 
 
- Как вы считаете, современному человеку не хватает эмоций? 
- Мне кажется, нынешние эмоции стали слишком прямолинейными. Может, их хватает, но они слишком простые. 
 
- А вообще музыкант должен быть сдержанным в эмоциях? 
- Да, конечно. Чувства, эмоции должны быть в музыке, никому не интересны непосредственно твои переживания, человеку важно самому их ощутить. Поэтому нужно уметь владеть инструментом и контролировать голову, в этом, собственно, и есть обучение – наука сдерживать себя. 
 
- Есть ли такой композитор, которого вы совершенно не понимаете эмоционально, а кого-то чувствуете сразу? 
- Брамс, Шопен, Шубен, Бах, Рахманинов, но это все зависит не от композитора, а от конкретного произведения. Их я понимаю в нынешний период времени, какие-то уже стали близкими, какие-то еще нет, не пришло еще. 
 
- То есть композитора-загадки нет? 
- Ну, нет, все – загадка. 
 
- Сейчас Вы много ездите, учитесь, а не боитесь, что когда вам будет лет сорок, будет малооплачиваемая работа, музыка приестся, все станет неинтересно, обыденно? 
- Стараюсь об этом не думать сейчас. Просто занимаюсь своим делом, и пытаюсь это делать хорошо. А насчет неинтересно – вряд ли, будет еще, к чему стремиться. И, к тому же, я занимаюсь этим, потому что мне это интересно. И потом, в жизни есть много чего, помимо музыки. 
 
- Чем еще увлекаетесь? Есть же не только музыка, искусство, но и семья, еще что-то…
- Не знаю, музыка – это образ жизни, думаю об этом постоянно. Все происходит очень естественно, я же с детства этим занимаюсь. 
 
- Может, это Вас родители так направили? 
- Нет, у меня вообще никого музыкантов нет. В детстве я хотела быть дирижером, а потом, в последний момент передумала и поступила на фортепиано. 
 
- Какая у Вас мечта, чего Вы хотите добиться в жизни? Стать известной, профессионалом или просто счастливой?
- Конечно, просто счастливой, ну и иметь возможность делать то, что я считаю нужным – самовыражаться через музыку, говорить через нее с людьми, как-то совершенствовать мир, себя. Ну а дальше банальщина...
 
- В России можно иметь возможность заниматься тем, чем хочешь? 
- Да, если уровень жизни позволяет. В России денег заработать не получится, конечно. Можно работать за границей, там индустрия классической музыки гораздо более развита.
 
- Там прямо индустрия? 
- Да, там это серьезно, особенно в Германии и Италии. Там хорошо развита и инструментальная музыка, и опера, высокооплачиваемая педагогика. Но я бы не хотела жить за границей. 
 
- Почему? 
- Обычно мне уже через десять дней хочется домой, русских людей не хватает. 
 
- У Вас с иностранными языками не очень, не хватает общения? 
- Нет, в принципе, более или менее нормально владею. Английский, немного итальянский, сейчас занимаюсь французским. Мне не хватает именно русских людей, русских глаз. 
 
- А Вам не обидно, что в Европе все любят классическую музыку, а у нас об этом только говорят? 
- Я думаю, что все в наших руках, можно сделать ее более привлекательной для народа. Например, моя подруга пошла учиться на специальность «культурная деятельность», в будущем будет заниматься привлечением масс в культурные проекты классической музыки. 
 
- Думаете это реально? Если таких людей будет много, будет возможность работать?
- Думаю что да, все идет от детей, от воспитания. Если родители будут нормально заниматься детьми, давать начальное музыкальное образование и вообще общее хорошее образование, ребенок будет расти развитым, умным. Будет понимать азы, ему будет это интересно. 
 
- А почему сейчас этого нет? Никому до этого нет дела? 
- Во-первых, проблема института семьи, во-вторых, отношение родителей к детям. 
 
- Вы не думаете, что в Европе просто более спокойная жизнь, и есть время этим заниматься? 
- Возможно. Но главное, чтобы родители были заинтересованы воспитать своего ребенка. 
 
- Вы прошли музыкальное училище. Это довольно сложно и отнимает много времени. Своего ребенка Вы отдали бы в музыку? 
- Не могу сказать, что там была муштра, мне нравилось. Я не только этим занималась, много чем еще успевала. У меня было абсолютно нормальное детство. Да и сейчас тоже нормальная жизнь. 
 
- Но Вы добились успеха, поступили в консерваторию. Вы просто собранный человек? 
- Не знаю, просто если я чего-то хочу, то я это сделаю, вот и все.